• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: приляг на колени и я стану тебе отцом (список заголовков)
22:12 

new OTP

социально неловкий

Hadrian|Antinous

O hands that once had clasped Hadrian's warm hands,
Whose cold now found them cold!
O hair bound erstwhile with the pressing bands!
O eyes half-diffidently bold!
O bare female male-body such
As a god's likeness to humanity!
O lips whose opening redness erst could touch
Lust's seats with a live art's variety!
O fingers skilled in things not to be told!
O tongue which, counter-tongued, made the blood bold!

Antinous is dead, is dead for ever,
Is dead for ever and all loves lament.

Fernando Pessoa, «Antinous»

@темы: я нашел красоту в этом гиблом месте, приляг на колени и я стану тебе отцом, мальчики не плачут, free meds

20:26 

социально неловкий



- Порой мне кажется, что меня насильно оторвали от кого-то; вроде того, как родители принуждают ехать к родственникам на каникулах, в то время как тебе хочется играть с друзьями во дворе и быть там, где тебе действительно хорошо, где ты взаправду чувствуешь себя счастливым. Я словно в той далекой поездке, смотрю в окно из поезда за тем, как потраченное впустую время катится назад, и я не могу нагнать его. Вместо того, чтобы сидеть в купе, я мог бы жить жизнью, которую у меня отняли (не знаю, кто, не знаю, когда). Допустим, я мог бы летать в Прагу и фотографироваться с Джекки на фоне игрушечных домов с одинаковыми крышами цвета жженого кирпича, по ночам курить с ней на обшарпанных балконах съемных номеров. Или, скажем, ездить с Питом и Карлом на пикники за город, валяться в грязи, выпивать и орать в ночное небо песни, нарочно перевирая всю лирику. Это словно — было время, было место, там, где все было по-другому, где и сам я был добрее и умел ценить близких. Был кто-то, кто слушал меня. Были те, с кем я забывал о неоправданных обязательствах, обо всех проблемах, обо всех бедах. Я смотрю в их глаза, и не вижу ничего, кроме любви и беззаботности; я слушаю их разговоры, и в них нет ничего, кроме правды и беззаботности. Они были со мной с рождения, были такими же, как я. У меня не было родителей, не было семьи: точнее, они и были моей семьей. Но я не знаю, где искать их теперь. Меня увезли от этого, так далеко, что я никогда больше не смогу туда вернуться. Такое неподдельное, выразительное ощущение. Иногда я даже чувствую эту тоску по вымышленным людям. По событиям, которые никогда и не происходили.

@темы: приляг на колени и я стану тебе отцом, мальчики не плачут, txt

URL
16:51 

социально неловкий
Я все еще помню такие места, да. Скатная крыша кораллового цвета (дом по соседству в том месте, где мы жили раньше), садовый закуток с городским фонтаном, где мы каждый день кормили голубей тыквенными семечками (мне было тогда лет восемь и я не заботился ни о чем, кроме игрушечной модели Супермарин Спитфайр VIII с акульей пастью на носу). Летний лагерь, куда меня отправляли на две недели в июле двенадцатого. В лагере я ощущал себя одним оборванцем из свиты Питера Пена — родители были в четырех часах езды, очень далеко, где-то в параллельной цивилизованной реальности, а я собирал сосновые шишки, мылся раз в неделю и карабкался по подвесным мостам, накрывающих паутиной небо над лагерем. Там, в лесу у речки, я был одним из потерянных детей, знаете, как в Повелителе Мух; у нас была своя размытая иерархия, строго ограниченное питание и палатки на четырех человек. Раньше я не думал, что такое возможно: забыть на какое-то время о школьной форме, о пресловутых походах в супермаркет и семейных ужинах, где каждому неловко и неуютно, но все считают своим долгом играть отведенную роль до конца и расспрашивать о том, как прошла неделя.
В любом случае, все эти места недолговечны, ты не можешь остаться в одном из них навсегда. Наверное, в этом и заключается вся их ценность. Они словно бы как одноразовый билет на колесо обозрения: садишься в кабинку и не спеша уплываешь туда, где увидишь нечто захватывающее и всеохватывающее; но после обязательно придется спуститься обратно на землю и пойти на другой аттракцион. Ох уж эта гравитация, от нее одни проблемы.

Было еще одно место. Чуть не забыл рассказать вам о нем, хотя оно, скорее всего, приходится самым важным для меня.
Это место было домом моего дедушки, проживающего тогда в одной деревушке на холмистой местности. Как и полагается поступать с единственным ребенком в семье, меня отправляли туда на лето, но я вовсе не противился тому, что родителям требовалось на время избавиться от меня и разочарования в моих плохих оценках. У дедушки был красивый дом; деревянный, совсем крохотный, потому что он жил в нем один (бабушка умерла в девяносто первом), и кроме спальной койки и еженедельных газет пространство занимали рыболовные сети и всяческие снасти для рыбалки, вроде удочек и крючков. Помню, он всегда говорил мне: «осторожно, Чак, не проткни себе стопу, у них очень острые наконечники!», таким ворчливым голосом, а потом смеялся и щипал меня за щеку. У деда был низкий-низкий и глухой голос, от которого слова в его рту смешивались и путались, и иногда я его не понимал.
Дома у дедушки мне всегда было уютнее, чем в доме отца, который менял свое месторасположение каждые лет пять; по этой причине я никогда и не называл эти жилища с желтой от занавесок кухней и детской на втором этаже «своими». Но дедушкин дом, он был постоянным. Я приезжал туда, а он продолжать стоять точно на том же месте, где и стоял. Здесь время застывало: все так же трепались и путались в створках шторы во время грозы, все так же пахло спертостью и сушеными травами, из которых дед готовил различные настойки и приправы. С ним мы часто ходили на озеро, километров пять от дома, и я всегда ныл, что устал, и просил остановиться, а он — эта восьмидесятилетняя развалина — упрямо глядел вперед и твердил «не будь таким мямлей!». Честно говоря, мы не питали друг к другу тех теплых чувств, которые обычно питают старики к своим внукам, но мы оба ощущали взаимную потребность, никак не связанную с нами самими. Это было что-то, вроде... атмосферы. Затхлый дом с дохлыми мухами в углах подоконников, рыба, барахтающаяся в тазе и расплескивающая воду на пол. Я ходил на поляну неподалеку от деревни и срывал полынь, а потом он звал меня обедать похлебкой.
Что-то в этом было, понимаете? Что-то невыразительное, будто бы запрятанное внутри скрипящих половиц и вечерних посиделках на крыльце. И в писке комаров, и в ссадинах на коленях после езды на велосипеде. Во всем этом. Не могу объяснить.

@темы: приляг на колени и я стану тебе отцом, txt, found my home

14:26 

социально неловкий


On aime sa mère presque sans le savoir, et on ne prend conscience de toute la profondeur des racines de cet amour qu'au moment de la séparation dernière.
GUY DE MAUPASSANT

@темы: я нашел красоту в этом гиблом месте, приляг на колени и я стану тебе отцом, free meds

20:15 

социально неловкий

DEBRY

главная